Режим ожидания
Есть закономерность: чем стремительнее бег времени в городе, тем настойчивее тянет нас к воде. Мы называем это отдыхом, хобби, страстью, но если быть до конца честными, рыбалка — это попытка обмануть саму вечность, остановить мгновение и рассмотреть его в мельчайших деталях. Это одно из тех занятий, где проигрыш часто слаще победы. Неудивительно, что рыбалку во все времена воспевали философы, поэты, мыслители и прозаики.
Сократ якобы однажды заявил ученикам: «Как много известно о всякой чепухе и ничего о клёве рыбы!».
Константин Паустовский в рассказе «Золотой линь» раскрывается как заядлый рыболов словами «любой человек, если он проведёт хотя бы один день с удочкой на реке или озере, если он вволю надышится ароматом цветов, услышит пересвист птиц и курлыканье журавлей, увидит в тёмной воде бронзовый или серебристый блеск крупной рыбы, если он, наконец, почувствует её упругий бег на тончайшей звенящей леске, будет потом долго вспоминать этот день, как один их самых счастливых дней своей жизни».
Сергей Аксаков в «Записках об уженье рыбы» отмечал, что «знаменитый полководец Румянцев предан был этой охоте до страсти; известен также и его ответ, с притворным смирением сказанный, на один важный дипломатический вопрос: это дело не нашего ума; наше дело рыбку удить да городки пленить».
Антон Павлович Чехов в рассказе «Мечты» пишет: «Хлебом меня не корми, а только дай с удочкой посидеть... И господи, что оно такое за удовольствие! Поймаешь налима или голавля какого-нибудь, так словно брата родного увидел. И, скажи пожалуйста, для всякой рыбы своя умственность есть: одну на живца ловишь, другую на выползка, третью на лягушку или кузнечика. Всё ведь это понимать надо!».
Поэт и мыслитель Генри Дэвид Торо, ушедший жить в лесную глушь и написавший об этом книгу «Уолден, или жизнь в лесу», писал: «Многие люди ловят рыбу всю жизнь и даже не подозревают, что им нужна вовсе не рыба». И ведь правда — мы охотимся за окунем или судаком, а находим себя. Ведь именно на рыбалке есть время и возможность прислушаться к себе, услышать внутренний голос, не заглушенный повседневными заботами и звуками городской жизни. А еще рыбалка — это школа терпения, которую не заменит ни один самоучитель по медитации. Ты сидишь на берегу, и поплавок — это не просто кусочек пробки, это маятник твоего внутреннего состояния. Он качается — ты дышишь. Он замирает — и ты замираешь вместе с миром. И только тот, кто умеет ждать и останавливать момент, сможет до конца проникнуться этой магией.
Современная рыбалка все чаще строится по принципу «поймал — отпустил». Или, если точнее, «поймал порадовался — взвесил — сфоткал — отпустил». Поесть рыбу можно и в ресторане, а вот азарт, впечатления, ощущения, общение, моменты наедине с природой не просто дороже улова — они бесценны сами по себе. Среди постоянных читателей и друзей нашего журнала тоже есть заядлые рыболовы, и мы решили узнать, куда они едут за всем этим.
Андрей Зайцев
Ресторатор, энтузиаст рыбной кухни, создатель знаковых гастрономических проектов Pescatore, Cacciatore и многих других — о рыбалке на реке Поной, любимом рыбном блюде, опасностях мутной воды и местах, где рыба доживает до старости.
В России сейчас в списке моих любимых мест река Поной. Конкретно — база Ильи Щербовича (рыболовный лагерь «Рябога» — прим. Yachting) под Мурманском. Это премиальная база для ловли лосося. Здесь только нахлыст, принципиально не дают ловить спиннингом, поймал — отпустил, рыбу видишь только в своей тарелке в обед или вечером, и то не каждый день. Ни о какой рыбе с собой и речи нет, и убивать рыбу там не принято. Если не умеешь ловить нахлыстом, не беда — за день инструктор научит азам, и ты поймаешь хотя бы одну рыбу. Сам я учился прямо у себя в поселке — во время пандемии ездить было некуда, так что я взял тренера по нахлысту и недели две под его руководством тренировался. Потом уже самостоятельно вместо спортзала шел на озеро и двуручкой, одноручкой работал по шесть часов в день два месяца. Целенаправленно тренировался под Север.
В октябре каждый год летаем в Хабаровский край — на реку Тугур, база «Конин». Здесь ловится самый крупный таймень в мире. Премиальная рыбалка, премиальные условия. Там разрешен спиннинг, но я принципиально ловлю нахлыстом. Мой личный рекорд здесь — нахлыстом поймал тайменя больше 50 кг. Весы зашкалили. Много было трофеев на 26, на 18 кг. Это лучшее место в мире для рыбалки на тайменя. Раньше американцы выкупали всю базу, сейчас иностранцев нет, но места выкуплены на 3–4 года вперед.
Еще рыбачу в Казани, на Камском море — там спиннинг, жерех, судак, окунь, сом, голавль. В августе езжу к себе на родину в Саратовскую область. Там на реке Большой Иргиз нам делают лагерь, живем там уже 26 лет.
О морской рыбалке. У меня до сих пор есть рыболовная лодка на Сардинии. В 2016 году поймал тунца на 270 кг, вытащил его stand up (стоя). Тащил почти два часа. После этого тунец на 100, 120, 80 кг. Но в последнее время на Сардинии плохо ловится — крупного тунца нет, и к тому же его запрещено ловить. Если поймали за 80 кг — уже большой трофей.
Мой номер один в плане ловли в океане — острова Сан-Брендон. Прилетаешь на Маврикий, оттуда на лодке — первый раз шли 28 часов — в открытый океан, на необитаемые острова. Там рыба умирает от старости, потому что нет промышленного лова. Ты бросаешь спиннинг с руки — поймал. Троллинг — поймал. Джиггинг — поймал. На джиггинг поймали сейлфиш (парусника) 35 кг, причем вытащил парень, который вообще никогда раньше не рыбачил. Марлина поймали 200 кг с лишним. Тунцов всех видов, кроме блюфина: тунец-собака, желтоперый, маленькие тунцы, джек-туна (полосатый тунец). На островах огромная популяция бонфиш. Самая вкусная морская рыба, которую там ели — это коралловая форель, корал-троут. Она разная, несколько видов, и вся вкусная.
Нахлыстом я ловил еще GT (Giant Trevally, гигантский каранкс — прим. Yachting) — он боец, но ты его отпускаешь. Бонтуна — монстр, выпрыгивает, сумасшедшая рыбалка. Это два часа вываживания, и ты стоишь в воде. При этом чайки садятся на тебя, на удочку — не боятся вообще. Вечером ловить, как оказалось, вообще опасно. Там много акул, есть даже тигровые, которые могут атаковать. Стою я в протоке, где вода становится мутной, рыба вовсю клюет, буквально вырывает наживку, и тут подплывает лодка и мне говорят «все, садись, забираем». Я спрашиваю, что случилось? Еще чуть-чуть только сумерки начались. Мне говорят, здесь опасно стоять, вода мутная, не увидите тигровую акулу. С лимонными акулами мы даже плавали — видели их под нами, большие, метра по три. Как-то вечером даже немного подразнили их. Натянули между двумя лодками веревку с наживкой, начали дергать. Акулы кидаются на рыбу, злятся. Опустили в воду палку с прикрепленной к ней камерой «го-про». Так одна акула просто вырвала палку с камерой из рук, потом выплюнула.
Сан-Брендон — кучка нежилых, плоских островов. Туда не летят самолеты, не долетают вертолеты, не идут быстрые катера. То есть надо понимать, что если что-то случилось, на возвращение уйдет больше суток. Помощь в случае чего тоже ждать долго. Но это самая топовая морская рыбалка на мой взгляд. Когда мне говорят, к примеру, про Андаманские острова — там тоже рыба умирает от старости, но там места нужно знать. А на Сан-Брендоне ничего не нужно. Меня высаживали на берег, и я с нахлыстом ходил просто по воде.
Самое любимое рыбное блюдо? Уха. Простая уха. Я везде вожу с собой ручную мясорубку, снимаю филе с рыбы и делаю фрикадельки. А всё, что остается — кости, головы — варим, выбрасываем, варим по 5–6 раз, иногда по 10, когда много рыбы. И когда уха уже готова, запускаю фрикадельки, они варятся. В итоге получается уха с фрикадельками без всякой возни с костями. Я ее называю «уха пугачевская», потому что первый раз сварил ее в Пугачеве Саратовской области, на берегу. Теперь делаю на всех рыбалках, куда мы едем, и все ждут эту уху.
Сан-Брендон: затерянный мир в Индийском океане
Архипелаг Сан-Брендон лежит в 430 км к северо-востоку от берегов Маврикия. Сан-Брендон — память о древнем вулканическом катаклизме: общая площадь всех его клочков земли едва превышает три квадратных километра, зато вдоль 65-километровой оси с севера на юг тянется исполинский риф, а западные острова — не что иное, как останки затопленного огнедышащего гиганта. В год архипелаг принимает всего 200 гостей — для посещения необходимо заранее приобрести разрешение. Жесткая квота позволяет природе сохранять хрупкое равновесие и, в отличие от большинства популярных направлений, местные морские хищники не знают, что такое рыболовный прессинг. Перечислять обитателей этих вод можно бесконечно: желтоперый тунец, парусник, ваху, дорадо, синеперый каранкс, акулы, снэпперы, груперы... Но главное, что привлекает сюда рыболовов со всего света, — это не просто разнообразие, а гарантия стабильного клева.
Максим Арестов
Рыболов-спортсмен из Волгограда, мастер спорта, трёхкратный победитель Pro Anglers League, двухкратный победитель Hotspot Pike, победитель чемпионата России по спиннингу с лодок, организатор рыболовных туров — о рыбалке на Дону, нижней Волге, Цимлянском водохранилище и важности правильной экипировки для рыбака.
Я рыбачу круглый год. Меняются только места и способы ловли. Основа для меня это лодочная рыбалка, с берега рыбачу только в мае, в нерестовый запрет. Также, очень люблю и зимнюю рыбалку со льда, но много не получается, т.к. зимний сезон в нашем регионе не длинный. Вообще Волгоградская область находится в очень хорошем месте, если вы любите рыбалку. Тут несколько больших водоемов, которые сильно друг от друга отличаются. Это Дон с Цимлянским водохранилищем и нижняя Волга с Волгоградским водохранилищем. Малые реки и глобальная эко-система, как Волго-Ахтубинская пойма. Тут множество ериков, озер, которые каждый год пополняются водой и рыбой во время весенних паводков.
Весну и осень больше провожу на нижней Волге, выбираюсь туда и летом. Чистейшая вода и сильное течение, песчаные пляжи и барханы. Тут основная цель для меня судак и щука, а летом и белый хищник, жерех, голавль, язь. Сезон на нижней Волге заканчивается перед зимой и начинается уже в марте. Этот водоем требует от рыболова хорошего владения снастью и понимание поведения рыбы на большой реке. Поимки судака 5–6 кг не редкие. Иногда попадаются экземпляры и по 10 кг. Достаточно много и щуки, причем можно ловить ее в абсолютно разных местах. Лучше всего она клюет летом и в первой половине осени, можно поймать трофей более 10 кг.
На Дону и Цимлянском водохранилище много судака, ловить его несколько проще чем на Волге. Средний размер немного меньше волжского, но попадаются и трофейные экземпляры. Сам Дон с достаточно быстрым течением, он впадает в Цимлянское водохранилище, где уже течение отсутствует.
Волгоградское водохранилище в нашем регионе очень глубокое и широкое. Сюда я езжу именно ловить судака. Тут мой зимний рекорд почти 9 кг. В заливах можно поймать и щуку. Летом наибольшая активность у судака и берша. Просторы и разнообразие мест данного водоема не оставляют равнодушными тех, кто ищет что-то новенькое для себя и любит ловить там, где не много рыболовов, т.к. частые ветра и размеры водоема, часто создают суровые условия на воде.
Если говорить о каких-то рыбацких секретах, советах, то хочется напомнить одну известную поговорку: «У природы не бывает плохой погоды, бывает плохая экипировка!» В ней заложен достаточно глубокий смысл — ведь речь не только про одежду, а про подготовку к любому событию в целом, особенно серьёзному.
На рыбалке погода часто меняется очень резко, это надо иметь в виду, если вы цените свое здоровье. И нет разницы, увлечение это для вас или работа. Когда работа — всё понятно: важно, чтобы ничего не отвлекало. Другой момент — когда ждёшь рыбалки всю неделю, а по прогнозу дождь. Кто-то отменяет планы, кто-то едет, но что-то идёт не так, и долгожданный день проходит не так, как хотелось бы. У меня давно сложилось куда более тщательное отношение к рыболовной экипировке, чем к повседневной. Здесь очень важны внимание к деталям и технологии: водонепроницаемость, паропроводимость, ветрозащита и комфорт эксплуатации — будь то в лодке или на берегу. Ходовая рыбалка с берега особенно требовательна к правильному крою и дополнительным элементам: карманам, молниям, капюшону. И, конечно, в одном комплекте нужно быть готовым к ветру, дождю и солнцу одновременно — а это очень непростая задача для производителя. При этом на рыболовном рынке сейчас та же ситуация, что во всех остальных потребительских сферах — каналы поставок многих привычных рыболовам и авторитетных брендов меняются, это отражается на ценах и ассортименте, и приходится искать альтернативы. У нас сейчас есть хорошие собственные производители, например, FHM — люди сами любят рыбалку и активный отдых в целом, понимают индивидуальную специфику разных направлений и выпускают грамотно сконструированную одежду с учетом этих нюансов. Это ощущается в крое, в выборе материалов, в продуманности. Так что мой совет — выбирать экипировку также тщательно, как выбираете снасти. Тогда ни дождь, ни ветер не украдут у вас долгожданный день на воде.
Петр Ватутин
Организатор рыболовных туров, основатель рыболовных баз «Мегра» и «Канин Нос» — о рыбалке на Русском Севере, слиянии двух морей, северном сиянии, отзывающемся на свист, и об экстремальных ненецких деликатесах.
Одна из наших баз находится на реке Мегра в Архангельской области. Это одна из лучших рек региона, где водится самая крупная сёмга — попадаются особи до 24 килограммов. Я сам поймал такую, правда, случайно. У рыбы был повреждён нос — то ли морской котик поранил, то ли винт лодки, но рана была уже не свежая, а рыба весила под 24 кг. Семга вообще — боец, бывает, вываживаешь ее по полчаса.
Река протекает по заповедной территории, поэтому капитальное строительство там запрещено. Мы пошли по пути лёгкого, но комфортного глэмпинга. Поставили большие тёплые шатры — не палатки в привычном смысле, а полноценные дома с хорошими кроватями. На базе есть ресторан с профессиональным поваром, который готовит блюда поморской кухни, в основном из того, что поймано в этих водах.
Вторая наша база расположена на полуострове Канин, за полярным кругом (Ненецкий автономный округ). Это самая дальняя точка материка, дальше только архипелаг Новая Земля. База расположена в центре полуострова, справа — Баренцево море, слева — Белое. Природа там потрясающая: цветовая гамма — от бордового до голубого, будто летишь над другой планетой. Там же находится деревня Шойна, которую называют песчаной — дома буквально вырастают из песка, создавая ощущение пустыни.
Это уникальное место, куда можно прилететь из Москвы и познакомиться с бытом малочисленного народа ненцев. Они ведут кочевой образ жизни, перемещаются на оленях, ставят палатки на две недели и движутся дальше. Здесь дуют ветра до 35 метров в секунду, но ненцы умеют ставить чумы так, что их не сдувает.
Канин Нос — это мыс, который омывается водами Белого и Баренцева морей и непосредственно перед ним проходит водораздел. Граница видна чётко: у одного моря волна длинная, у другого — короткая, и цвет разный. А на самом мысе стоит старый маяк, где постоянно живёт семья с двумя детьми — ребята учатся по интернету.
Здесь гнездится огромное количество гусей, а в мае, когда вода высокая, можно увидеть, как рыба голец поднимается по водопаду высотой с четырёхэтажный дом. Голец, как и семга, сильная рыба, интересно играет. Еще здесь есть хариус, причем ненцы могут отличить из какой реки он родом — у каждой разновидности свои оттенки, длина носика и толщина тела.
Совы здесь полярные — в два-три раза крупнее обычных, подпускают к себе метра на три, не боясь человека. Водятся моржи, морские котики, а если повезёт, можно заметить и полярного волка пепельного цвета — он вдвое крупнее обычного.
От ненцев удалось узнать удивительную вещь: северное сияние здесь бывает и летом, и зимой, и, если свистнуть, оно начинает переливаться в такт свисту. Я проверил — это правда.
Ещё один местный феномен — комары. У них, как говорят ненцы, есть свои «завтрак, обед и ужин». В некоторые дни комар просто невыносим, а на следующий его как будто нет. Но вообще безветренных дней тут мало, а ветер сдувает насекомых, так что комары — редкость.
Поварам у нас нельзя привозить на базу мясо и рыбу — всё готовится из того, что поймали или добыли. Уха — обязательное блюдо. Оленина, рыба, жареная корюшка, пахнущая свежим огурцом, — это просто восторг. А если договориться с ненцами, можно попробовать свежую оленью кровь или печень — они считают это деликатесом, хотя я сам не решался.
Зимняя рыбалка тоже уникальна: все та же корюшка, навага — очень нежная рыба, которую лучше жарить сразу после поимки. Весной и осенью, когда лёд встаёт или сходит, есть озёра с щукой, которая рвёт любую леску — мы три раза пытались её поймать, но пока безуспешно.
Погода здесь меняется по несколько раз в день: утром может встретить градом, днём — ярким солнцем, а вечером снова накрыть ветром с моря. Север вообще не любит постоянства. Наверное, именно поэтому люди возвращаются сюда снова и снова. Сегодня многие путешествия стали предсказуемыми: маршруты известны заранее, впечатления расписаны по часам, а фотографии похожи друг на друга. Север остаётся редким исключением. Здесь невозможно гарантировать погоду, встречу с животными или улов рекордной рыбы. Но именно эта непредсказуемость делает каждую поездку уникальной. Когда стоишь на мысе Канин Нос между двумя морями или наблюдаешь, как сёмга поднимается по северной реке, приходит понимание: настоящая роскошь это не комфорт сам по себе, а возможность увидеть места, которые сохранились такими, какими их создала природа.
Денис Шимбoрецкий
Владелец сервиса Zavidovo Fishing — организатора рыболовных туров на курорте Завидово — о лодочной рыбалке на Волге, борьбе с браконьерами, голубом тунце на Сахалине и встрече с ягуаром в Бразилии.
Я адвокат, живу в Москве, но главная моя страсть — рыбалка. Это со мной с пяти лет. Так получилось, что я купил участок на территории курорта Завидово, построил дом, обзавелся лодкой. Друзья и знакомые, видя это, постоянно просили свозить их на рыбалку. Я всегда говорил: «Ребята, я не гид». Но спрос был такой высокий, что я сдался. Сначала купил одну лодку, потом вторую, третью. Так и появился наш рыболовный клуб.
У нас есть три судна. Одна — каютная Beneteau Antares 8, она больше прогулочная, но с нее тоже отлично ловится. В прошлом году я установил на нее носовой электромотор Minn Kota с длинной ногой для больших катеров. Это чудо техники: нажимаешь кнопку из кабины — он опускается. Его можно использовать как электроякорь — он держит лодку на точке по GPS — или двигаться в режиме автопилота 8–10 км/ч. А еще есть две чисто рыбацкие лодки — StarСraft Starweld 2000 Pro и Crestliner 2150 SportFish SST длиной 6 и 7 метров. Я оснастил их по последнему слову техники: по два эхолота, специальные аккумуляторы, система для троллинга, американские даунригеры Canon Optimum с автоматической регулировкой контроля уровня дна. Ну и, конечно, у меня работают профессиональные гиды. Работаем все лето и до ледостава.
Основное место — это Завидово и Иваньковское водохранилище. Работаем все лето до середины ноября. Ловим щуку, судака, окуня, жереха — классических хищников средней полосы. Современная рыбалка на спиннинг — это активный поиск. Мы не сидим на одном месте с донкой. Техника позволяет быстро находить точки скопления хищника. У гидов в эхолоте забито больше трех тысяч точек по всему водохранилищу. В зависимости от сезона мы меняем локации: не клюет в одном месте — переходим в другое. Так что рыбалка у нас динамичная и, по большей части, результативная.
Стандартный тур длится 6–7 часов. Летом, в жару, клев затихает, поэтому иногда приходится возить гостей подальше — за Конаково, в сторону Дубны. Но это не просто рыбалка, это целая прогулка: можно посмотреть достопримечательности, заехать в ресторан. Мы работаем индивидуально: одна лодка — одна компания или семья. Наши лодки вмещают от трех до семи-восьми гостей плюс капитан. Мы даем «все под ключ»: снаряжение, удочки, приманки — все входит в стоимость. Хотя есть упрямые рыбаки, которые хотят ловить на свое, я всегда советую довериться опыту гида. Каждый водоем уникален: глубина, рельеф, предпочтения рыбы. Чтобы добиться результата, лучше пользоваться тем, что предлагают местные профи.
Кстати, мы не только возим туристов, но и участвуем в соревнованиях. Есть команда «Завидово Фишинг». Мы выступаем в «Трофее Дубны», ездили в Астрахань и даже занимали там первые места. Я выступаю скорее как спонсор команды, но всегда держу руку на пульсе. Еще мы часто устраиваем корпоративы для новых отелей на курорте, проводим небольшие командные соревнования между гостями. Это всегда весело.
У нас есть правило: «поймал — отпусти». Мы за сохранение рыбы. Фотографируем трофей и отпускаем его обратно. К сожалению, не все такие сознательные. Я недавно был шокирован: в местном магазине видел огромных судаков, набитых икрой, свежепойманных. Цена — 85 рублей за килограмм! Это абсурд. Я звонил в Росрыболовство, мы пытаемся с этим бороться. Ведь если выбивают маточное поголовье во время нереста, популяция восстанавливается очень медленно. Это больная для меня тема.
Когда надоедает «ближний круг», мы пускаемся в большие приключения. Возим лодки в Астрахань и на Рыбинское водохранилище — это классика. Но самое интересное — это Дальний Восток. Начинали с ловли тайменя на Таймыре, потом поехали на Камчатку, в Хабаровский край, на Сахалин.
Моя самая любимая рыбалка — это чавыча на Камчатке. Это королевский лосось, рыба до 19 килограммов! Невероятно сильная и красивая. Клюнет такой «паровоз» на течении — адреналин зашкаливает. Икра у нее красная, мясо отличное. Я уже несколько лет подряд езжу туда и каждый раз в восторге. А еще на Сахалине появился голубой тунец. Раньше его там не было, а последние пять лет он активно ловится. Это же здорово: чтобы поймать тунца, раньше нужно было лететь на Мальдивы или Сейшелы, а теперь — в Россию. Билеты на Камчатку и Сахалин субсидируются, так что по деньгам вполне доступно. Правда, с инфраструктурой там пока сложно. В Невельске на Сахалине даже нормального яхт-клуба нет. Лодки каждый день спускают на воду и поднимают обратно, есть только временные пластиковые понтоны. Но ребята развиваются, строят домики — дело движется. Я уверен, что со временем туда поедут рыбаки со всей страны.
Случалось рыбачить и за рубежом, например, в Бразилии. Это совсем экзотика. Жили в плавучих домиках, ловили павлиньих окуней — это очень красивая рыба. Природа там красивейшая, но недружелюбная: скаты с ядовитыми шипами, кайманы, пираньи. Всё тебя пытается укусить, кусочек от тебя отхватить. Это и опасно, и интересно. На наших глазах ягуар схватил капибару, пытался ее съесть. Мы ее отбили, начали кричать, и он ее отпустил. А в другой раз мы с товарищем отошли от гидов, решили самостоятельно в заливчике небольшом половить. Я говорю: «Слушай, пойдём туда за поворот, мне кажется, там много рыбы». И мы пошли. Ещё по пояс в воду залезли. Мало того, что там оказывается очень опасные скаты хвостатые — если он тебя колет, практически гарантированно смерть. У него там ядовитый шип, очень опасная штука. Я ещё прям чуть на него там не наступил, но, слава богу, вода была достаточно прозрачная, поэтому и повезло. А этот скат потом ещё за мной гнался — я ещё от него уходил, он хотел догнать и уколоть. И потом за этим поворотиком я говорю: «Вон там какие-то кустики, что-то плещется, наверное, рыба очень крупная». Мы за эти кустики заглядываем — а там ягуар. Он как раз рыбу ловил. И нам повезло, что у него рыба во рту, он на нас смотрит и выбирает: выплюнуть рыбу или кого-нибудь из нас съесть. А мы стоим по грудь в воде. Ну, слава богу, разошлись как-то. Тут как с медведями на Камчатке — главное правило, никогда не убегать. Побежишь — у него инстинкт срабатывает и все, он точно тебя догонит. Но какие бы опасности ни подстерегали в путешествиях, каждый раз хочется вернуться в эти места ещё и еще.
